Проведение различия между суверенной территорией Израиля и Западным берегом юридически обосновано и необходимо стратегически. Превращение этого различия в запрет на торговлю товарами для поселений приводит к обратным последствиям: оно наказывает гражданское население, усиливает сторонников аннексии и политически усложняет процесс разделения.
Великобритания, Франция и Канада объявили о планах ввести запреты на торговлю товарами из израильских поселений, заявив, что эти меры направлены на защиту принципа сосуществования двух государств. Они правы в своих предположениях. Израиль и Западный берег — это разные правовые пространства. Сам Израиль сохраняет это различие: он никогда не аннексировал Западный берег, и израильское законодательство там не применяется, как в суверенном Израиле. Некоторые законы применяются лично к живущим там израильтянам – к народу, а не к территории.
Спустя 33 года после подписания Декларации принципов в Осло в 1993 году она бесчисленное количество раз подвергалась нападкам, подрывалась, нарушалась и объявлялась недействительной. Израиль никогда не отменял ее. Второе соглашение Осло разделило Западный берег на зоны A, B и C, закрепив за палестинцами и Израилем различные уровни гражданских, административных полномочий и полномочий по обеспечению безопасности. Эта структура по-прежнему регулирует вопросы безопасности, администрации, налогообложения и отношений с Палестинской администрацией. Ни одно израильское правительство, включая самое правое, не отменило временное постановление Осло.
Соглашение Осло передало гражданское управление миллионами палестинцев в руки Палестинской национальной администрации, не включив их в состав Израиля и не поставив под угрозу безопасность Израиля. Оно не привело к заключению соглашения об окончательном статусе, на которое рассчитывали, но сохранило фундаментальный факт: Израиль и Палестина не являются единым государством.
По всему политическому спектру Израиля сохраняется стремление к разделению: Яир Лапид по-прежнему выступает за создание двух государств, Нафтали Беннет предлагает предоставить палестинцам автономию, Яир Голан выступает за разделение и создание демилитаризованной палестинской государственности, Гади Айзенкот допускает возможность территориальной целостности Палестины, Биньямин Нетаньяху поддерживает самоуправление палестинцев при сохранении ответственности Израиля за безопасность, а Авигдор Либерман выступает за территориальное разделение.
«Нет палестинскому государству» — это право вето, а не доктрина. Она отвергает один из возможных исходов, не определяя при этом исход для самого Израиля. Аннексия с предоставлением полного гражданства меняет демографический баланс еврейского государства; аннексия без предоставления политического равноправия меняет его демократический уклад; постоянное правление без аннексии усугубляет напряжённость между израильской армией и палестинским гражданским населением и даёт террористам возможность влиять на будущее Израиля.
Если каждая террористическая атака отдаляет разделение, а каждая резня становится аргументом в пользу бесконечного правления, терроризм получает возможность не только убивать израильтян, но и определять их границы.
Нерешительность — это не нейтралитет. Она ведёт к бесконечному правлению и даёт противнику возможность влиять на исход событий.
Безопасность — это условие, а предотвращение угроз, а не территориальная экспансия, — цель: разоружение ХАМАСа, демилитаризация Палестины и создание механизмов принуждения, устойчивых к нарушениям, институциональному коллапсу или враждебному правительству. При таких условиях раздел — это не одолжение, которое Израиль делает Европе или палестинцам. Это способ сохранить Израиль как еврейское, демократическое, безопасное и суверенное государство, избавившееся от постоянного правления над другим народом.
Предвыборные заявления — это не искусство управления государством. Аннексия была обещана перед выборами в апреле 2019 года, затем еще раз перед выборами в сентябре 2019 года и еще раз в 2020 году. Этого не произошло и не произойдет в будущем.
Не будет также построен E1. E1, планируемый коридор для строительства поселений между Иерусалимом и Маале-Адумим, находится в центре спора о территориальной целостности Палестины. Он был предложен в 2012 году, возобновлен за несколько дней до выборов в марте 2020 года и неоднократно представлялся как свершившийся факт. Заявления поступили. Соседи этого не сделали.
Различие между Израилем и поселениями проводится правильно. Превращение этого различия в коллективное экономическое наказание их жителей — нет. Проживание за Зеленой чертой, линией перемирия 1949 года, не является преступлением.
Живущие там израильтяне сосредоточены в населенных пунктах, которые сменяющие друг друга правительства Израиля создали, санкционировали, субсидировали и подключили к национальной инфраструктуре. Государственная политика влечет за собой ответственность государства; вина остается за каждым человеком. Ребенок, родившийся в Ариэле, не испытывает чувства вины за политику, которую он не выбирал.
Время создает права у людей, а не суверенитет у государств. Десятилетия жизни за Зеленой чертой не присоединяют эту территорию к Израилю, но создают права, которые невозможно отменить с помощью бойкота.
С экономической точки зрения запрет практически не имеет силы. Экспорт из поселений составляет лишь малую часть израильского экспорта.
Большая часть израильских поселений на Западном берегу на практике функционирует как пригородная зона Израиля за Зеленой чертой: большинство работающих израильтян живут за пределами этой территории. При этом соглашение об окончательном статусе не требует переселения большинства из них. «Условия Клинтона» 2000 года предусматривали сохранение Израилем поселенческих блоков, в которых проживает около 80% поселенцев. Женевская инициатива 2003 года предусматривала аналогичный исход для примерно трех четвертей поселенцев за счет согласованного обмена территориями.
Менее чем за семь недель до выборов в Израиле Великобритания, Франция и Канада преподнесли подарок именно тем, кто стремится стереть грань между Израилем и Западным берегом. Эти политики годами твердили израильтянам, что мир выступает не против какой-то конкретной политики Израиля, а против самого Израиля; что территориальные уступки ведут не к легитимизации, а к новым требованиям; что каждый вывод войск лишь отодвигает границу, за которой начинается новое давление.
Таким образом, меры, призванные сохранить принцип двух государств, ожесточают израильское общество, поощряют сторонников аннексии, ослабляют тех, кто выступает за раздел, и превращают национальные интересы Израиля в иностранный диктат.
Быть произраильским политиком не означает автоматически поддерживать любое израильское правительство или любую его политику. Иногда противодействие политике Израиля — это и есть произраильская позиция.
Поддерживать Израиль — значит, проводить четкое различие между суверенным Израилем и территориями, которые он не аннексировал, защищать Израиль в пределах безопасных и признанных границ, укреплять потенциал Палестины для создания собственного государства и делать разделение территорий более безопасным для Израиля, а не более затратным с политической точки зрения.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова
